Семья Алисы живет в соседнем доме от центра «Вместе весело шагать» и еще год назад, просмотрев сайт центра, мама девочки подумала, что «Слава Богу нам не сюда». Так как на тот момент времени казалось, у них же не все так сложно и плохо, как у деток, которых видела Оксана каждый день, наблюдая за цетром из окна. Многие родители так думают, когда их ребенку три года.
А осенью прошлого года, гуляя с Алисой на площадке, увидев вашу вывеску меня в жар кинуло. И мы прям в эту же минуту с Алисой пошли в центр «Вместе весело шагать» записываться на консультацию к логопеду-дефектологу. Почему вдруг к вам? Не знаю, ощущения такие…
ДЕЛИТСЯ ОКСАНА
Диагностику провела Гаджиева Камилла Рафаиловна, по результатам, которой Алиса начала заниматься у нее. За месяц занятий появились новые звуки, частичное подражание и даже стала сама ходить в туалет писать. У других специалистов девочка не давала таких грандиозных результатов на первом месяце занятий. Но из-за отсутствия финансовых возможностей занятия пришлось прекратить.
Я не имею возможности работать и зарабатывать, работает только муж, а расходы на лечение и занятия очень большие. Мы экономим на себе и на второй дочери чтобы помочь Алисе. Вот только это не сильно помогает, потому что занятия должны быть почти ежедневными, а мы даже сильно ограничивая себя во всем, можем себе позволить не чаще одного раза в неделю.
ОБРЕЧЕННО РАССКАЗЫВАЕТ ОКСАНА
Оксана всегда считала, что ее семья — это крепкая команда. У нее есть две дочери: старшая Милена, которой через полтора месяца исполнится 12 лет, и младшая Алиса, четырехлетняя девочка с особенными потребностями. Но с момента рождения Алисы жизнь Оксаны наполнилась не только привычными радостями материнства, но и серьезными испытаниями.
Когда Алиса появилась на свет, Оксана не могла и предположить, что ее младшая дочь столкнется с такими трудностями.
До полутора лет она развивалась, как все здоровые дети, — вспоминает Оксана с горечью в голосе. — Я не замечала ничего тревожного. Она произносила слоги, и я была уверена, что вскоре услышу «мама» и «папа». Но затем все изменилось.
Ближе к двум годам Алиса начала проявлять необычное поведение: она часто кружилась и выстраивала предметы в ряд. Оксана сначала думала, что это просто детская игра, и говорить она скоро начнет, ведь дочка всегда находится в окружении детей, речь прорвется. Но вскоре стало ясно, что что-то не так.
Обращение к неврологу стало поворотным моментом для семьи.
Когда я услышала диагноз — смешанные специфические расстройства психологического развития, — мне стало страшно, — делится она. — Я думала, что в детском саду, общаясь с другими детьми, Алиса быстро научится говорить и адаптируется. Но реальность оказалась другой.
С каждым днем Оксана все больше ощущала, как тяжело жить с диагнозом дочери. Воспитатели в детском саду не могли уделить Алисе необходимое внимание, и ее поведение становилось все более проблемным.
Она не смотрела в глаза, не отзывалась на имя и не могла участвовать в занятиях, — говорит мама с тоской. — Последняя капля пришлась на случай, когда она укусила воспитателя. Это было ужасно, но я понимала, что просто не могла оставить ее там.
Ситуация в семье становилась все сложнее. Оксана чувствовала себя изолированной, а иногда даже одинокой в своих тревогах.
Я постоянно думала о том, как помочь Алисе, но в одиночку это было сложно, — признается она. — Я надеялась, что смогу найти специалистов, которые помогут ей развиваться, но каждый раз сталкивалась с новыми препятствиями.
Несмотря на пройденные курсы реабилитации, прогресс был минимален.
Я помню, как мы прошли курс транскраниальной магнитной стимуляции, и, казалось, были надежды на изменения, — рассказывает Оксана, смахивая слезу. — Но я сильно заболела, мне сделали операцию. И из-за этого более трех месяцев я не могла заниматься с Алисой, это было настоящим испытанием.
Оксана не могла поднимать тяжести и требовать от Алисы того, что ей необходимо было делать.
Сейчас, когда малышке исполнилось 4 года, Оксана осознает, что их семье нужна помощь больше, чем когда-либо. Алиса совсем не говорит, и не делает многих вещей, которые должна уметь по возрасту.
Я понимаю, что Алисе необходима годовая психолого-социальная реабилитация, — говорит она с решимостью. — Это не просто капля в море, это шанс для нее развиваться и адаптироваться к жизни.
Оксана верит, что такая реабилитация поможет Алисе научиться общаться, выражать свои эмоции и строить отношения с окружающими.
Каждый день я вижу, как Алиса борется с трудностями, — продолжает она. — Важно, чтобы она могла раскрыть свой потенциал, и я готова сделать все, чтобы это произошло. Я надеюсь, что с помощью специалистов мы сможем создать для нее безопасную среду, где она будет чувствовать себя комфортно и сможет учиться без страха.
Это важный процесс именно сейчас, и чем раньше начнутся систематические занятия, тем больше шансов у Алисы на полноценную жизнь без страха и ограничений.
Стоимость годовой реабилитации 1 260 000 рублей.
