Пожертвовать через PayPal
Сбор ведется в рамках проекта «Детский инклюзивный центр «Вместе весело шагать».
— Женщина, вы заходите? – спросила санитарка роддома.
— Нет, нет, я уже родила.
— Так чего стоишь здесь одна?
— Так не пускают же.
Родителей Фимы пустили в роддом только на 8 сутки, когда мальчика перевели из реанимации. Меньше полутора килограмм, весь в трубочках, Фима лежал один, такой комочек, а маму с папой пустили только на «выхаживание».
— «Выхаживать – значит просто быть рядом со своим ребенком в стенах роддома по часам — сейчас можно выхаживать, а через пару часов уже нельзя, и тебя просто выгоняют из палаты. Я вообще часто хотел сорваться. Особенно, когда мне прямо говорили о том, что мой ребенок…не хочу говорить даже этого», — говорит папа Фимы и начинает сильно кашлять.
— Он же даже не дышал сначала сам, а потом выкарабкался. Все говорили, что его мозг поражен, чтобы мы его оставили.
А вместо этого родители выходили мальчика, и новый год встречали уже все вместе дома.
Папа Фимы опять начинает сильно кашлять. И тут становится понятно. Он не кашляет. Это он так плачет.
— Но потом, оказалось у нашего малыша еще и эпилепсия. Пока подбирали лекарство, у него случилась остановка дыхания.
Но он задышал, и лекарство подобрали, Фима до сих пор «на нем». И это почти единственное зачем семья ходит к врачу — за рецептом. Остальное родители делают практически все сами.
— Покажите мне ребенка, который с ДЦП, — сказала врач «светило» одной из ведущих клиник Москвы, когда зашла в палату к годовалому Серафиму.
— Так вот же он, — сказал папа и взял мальчика на руки.
Врач медленно сдвинула очки на нос, внимательно посмотрела на Фиму взглядом полным удивления и непонимания. «Как мальчик, который по диагнозу должен лежать, ползает, да еще и сидит?!».
Кусок линолеума — мама за ножки, папа за ручки. Так и учились ползать. Все вместе.
Фима не только пополз, но и научился самостоятельно сидеть и вставать на ножки!
— А спустя год в Москву приехал врач из Европы, мы накопили денег и пошли. Сижу, смотрю, а врач тут погладит ручку, там прихлопнет по ножке. Ну прям возня, одним словом. Думаю – зачем пришел, столько денег зря потратили.
Папа начинает опять кашлять, но уже не понятно, он плачет или смеется.
— Самое интересное, через три дня мой сын пошел без опоры…
До этого дня Фима ходил еле-еле за руку, по стеночке. А здесь — шаг, два, три. Упадет! Нет, не упал. Сын пошел, и долго не останавливался, как будто он ждал этого все годы.
Сейчас Фиме 6 лет, кто-то из врачей советует пить сильнейшие препараты, кто-то и вовсе «подрезать ножку». От этих предложений папа начинает…кашлять.
— Да, у него неправильно стоит нога, изогнутая ступня, но он передвигается сам. Если ошибиться в чем-то, он может упасть и не встать больше никогда. Как с речью произошло.
Просто, когда Фиме было два годика он умел и говорить, точнее — лепетать по-детски. Но тяжелая форма бронхита и двойная доза антибиотиков как будто забрала все его слова: собачка, бабушка, папа – вдруг исчезли. И до сих пор речь так и не вернулась.
Фима подходит и жестами просит открыть пианино. Папа его сразу понимает. Мальчик начинает играть одной рукой, левая совсем плохо работает. Играет, и у него даже получается мелодия. А потом Серафим поворачивается и, видно, он ждет своих аплодисментов.
— Я надеюсь, мы когда-то сыграем с ним вальс в четыре руки, – говорит папа и начинает кашлять…
Чтобы помочь Фиме необходимо 387 600 рублей* на ГОДОВЫЕ занятия со специалистами. Это поможет вернуть речь, укрепит левую ручку, ноги и осанку, а главное, научит Фиму общаться со сверстниками и дружить.
*Сбор ведется на финансирование проекта «Детский инклюзивный центр «Вместе весело шагать», сумма включает в себя оплату аренды и труда специалистов центра, которые занимаются с детьми.
