«РАС». «ДЦП». «Не говорит». «Нуждается в сопровождении».
Так часто начинают рассказывать о подростках с ОВЗ.
Для специалистов эти сведения важны: они помогают понимать особенности человека и подбирать подходящую помощь. Но если разговор о подростке каждый раз начинается и заканчивается диагнозом, мы рискуем так и не узнать самого человека.
А ведь подросток — это уже не только тот, кому помогают. У него есть характер, свои интересы, своё «хочу» и «не хочу». Любимая музыка, привычки, чувство юмора. Он может спорить, обижаться, передумывать, выбирать и категорически не соглашаться со взрослыми.
И всё это никуда не исчезает из-за диагноза.
«Не говорит» — не значит «не выбирает»
Если подросток не пользуется речью, взрослым особенно легко начать принимать решения за него: что надеть, куда пойти, чем заняться, что заказать и куда поехать. Просто потому, что так быстрее.
Но если постоянно выбирать за человека, у него практически не остаётся пространства тренировать собственный выбор.
Поэтому на занятиях мы обращаем внимание не только на то, что подросток умеет делать, но и на то, что он хочет выбрать сам. Иногда это самые простые вещи:
- выбрать блюдо;
- решить, чем заняться;
- сказать «нет»;
- попросить о помощи;
- показать, что ему что-то не нравится.
На первый взгляд — обычные ситуации. Но именно из них и складывается самостоятельность.
Подросток может не хотеть того, чего хотим мы
И это тоже важно увидеть.
Если подросток отказывается от задания, это далеко не всегда значит, что он не способен его выполнить. Возможно, ему неинтересно. Возможно, он устал или ему не подходит предложенный способ. А может быть, он просто хочет сделать всё по-своему.
Для взрослого привычно думать: «Я знаю, как будет лучше». Но взросление как раз и начинается там, где у человека появляется возможность попробовать свой вариант. Не каждый раз он окажется удачным — и это нормально. Ошибаться — тоже часть самостоятельности.
Поэтому мы выходим за пределы кабинетов
В подростковом клубе мы занимаемся не только тем, что происходит внутри фонда. Подростки готовят еду, учатся обращаться с деньгами, ходят в магазины, осваивают бытовые навыки, посещают музеи и городские пространства.
Потому что самостоятельность нельзя освоить по инструкциям.
Можно много раз объяснить, как сделать покупку. Но совсем другой опыт — самому зайти в магазин, найти нужный товар, обратиться к сотруднику и расплатиться. Можно рассказать, как вести себя в городе, но настоящий опыт появляется тогда, когда нужно самому сориентироваться, дождаться своей очереди или задать вопрос.
И здесь взрослому рядом иногда приходится сделать самое сложное — не вмешиваться сразу. Дать время. Позволить подумать. Дать попробовать и даже позволить ошибиться.
В этот момент диагноз отходит на второй план
Потому что мы начинаем видеть не только ограничения. Мы видим человека, который может быть упрямым, очень самостоятельным, осторожным или невероятно любопытным. Который любит музыку, терпеть не может очереди, обожает готовить или не любит мыть посуду. Который может час спорить со специалистом о том, чем хочет заниматься.
Именно тогда появляется настоящий контакт — не с диагнозом, а с человеком.
Подростку важно, чтобы его мнение учитывали. Даже если он пока не может выразить его привычным способом. Даже если ему нужна поддержка и некоторые решения взрослым всё ещё приходится принимать вместе с ним.
Цель самостоятельности — не в том, чтобы однажды оставить человека один на один со всеми задачами. Цель — чтобы у него становилось всё больше возможностей влиять на собственную жизнь: выбирать, решать, пробовать, отказываться, просить, договариваться и постепенно отвечать за то, что он выбрал.
Поэтому, когда мы говорим о подростке с ОВЗ, важно помнить не только о том, какая помощь ему нужна.
Важно спросить и другое: «А чего хочет он сам?»
Иногда именно с этого вопроса и начинается взросление.
Проект «Инклюзия в действии» Благотворительного фонда «Гольфстрим» реализуется при поддержке Благотворительного фонда «Абсолют-Помощь».
