Психолог фонда рассказала о помощи детям и подросткам, переживающим кризисную ситуацию

Психолог БФ «Гольфстрим», старший преподаватель кафедры психологии и педагогики ФГБОУ ВО «ОГУ имени И.С. Тургенева», психолог ОРО МОО «Равные возможности» Ольга Цунина провела методический семинар для психологов и специалистов, которые работают с семьями, попавшими в кризисную ситуацию.

Семинар был посвящен работе с детьми и подростками, которые переживают состояние стресса.

«Если ребёнок никак не транслирует эту тему в своей речи, не говорит об этом – это не значит, что он не переживает и находится в стабильном психоэмоциональном состоянии. Первичная задача взрослых состоит в том, чтобы не игнорировать эту тему, а мягко и безопасно прозондировать обстановку и понять, как сильно ребёнок переживает, какой травматичный опыт не проработан, на какие вопросы он хотел бы получить ответы и почему он открыто об этом не говорит» рассказывает Ольга Валерьевна.

Ольга Цунина отметила те изменения в состоянии и жизни ребёнка, по которым специалист может определить, что подросток нуждается в психологической помощи: потеря удовольствия от деятельности, которая раньше приносила удовольствие; уклонение от общения и склонность к уединению; снижение успеваемости и безразличие к своей успешности; изменение сна и/или аппетита; состояние «спячки» или, наоборот, сложности с засыпанием, беспокойный сон; появление тремора, тиков; вялость; расстройства желудочно-кишечного тракта; хроническая усталость; пониженный фон настроения и повышенная раздражительность; физическое недомогание и деструктивное поведение, проявляющееся чаще всего в физической агрессии.

У детей более младшего возраста возможны пять основных реакций, по которым можно понять, что ребёнок проживает кризисное состояние и нуждается в психологической помощи: истероидная реакция, агрессивная реакция, апатия, страх и тревога.

«Любая из этих реакций ребёнка – это нормальная реакция на ненормальные обстоятельства. Таким образом ребёнок выставляет психологическую защиту и пытается адаптироваться к изменениям и сохранить психологическое равновесие в той ситуации, в которой он оказался» отмечает Ольга Валерьевна.

Эксперт фонда обозначила условия, которые специалист должен соблюдать, оказывая кризисную помощь ребёнку:

  • Приоритет медикаментозного сопровождения и получения медицинской помощи. Психологу необходимо убедиться, что неврологический статус ребёнка в норме.  Если неврологические нарушения отсутствуют, и мы не видим пограничных клинических расстройств, то можно начинать оказывать психологическую помощь. Если у психолога возникают сомнения, то очень важно, чтобы медикаментозное сопровождение и медицинская помощь были первичны, именно поэтому такую категорию детей мы отправляем на консультацию к детскому неврологу и психиатру. Очень часто бывает, что в комплексе медикаментозное сопровождение и наша помощь оказываются более эффективными и динамичными, нежели если бы мы работали изолированно.
  • Отсутствие обесценивание. Очень часто взрослые склонны обесценивать те состояния и те слова, которые ребёнок транслирует в этот момент: «Не придумывай!», «Да ладно, у меня тоже так было, пройдёт!». Эти слова лишь увеличивают дистанцию между взрослым и ребёнком.  Ребёнок видит, что взрослый его не понимает и откажется за обращением к нему за помощью. Психолог в этой ситуации может выполнять функцию буфера и транслировать ребёнку понимание и принятие его состояния и его переживаний: «Я представляю, как тебе страшно», «Я представляю, как ты переживаешь, на твоём месте такое состояние испытывали бы многие» и т.д. Такая подстройка через принятие в начале работы будет очень важна.
  • Нужно чётко понимать и объективно оценивать своё состояние и свои собственные силы. Следите ли вы за профилактикой своего профессионального выгорания? Владеете ли вы техниками кризисного консультирования, сможете ли эффективно их применять в текущей ситуации? Кризисная помощь отличается от обычной психокоррекционной работы. Несмотря на то, что техники могут быть одни и те же, алгоритмы работы будут несколько другие.
  • Во время работы с ребёнком, нужно понимать, что мы, прежде всего, сможем придерживаться своего основного профессионального принципа «Не навреди!», что мы поможем ему отреагировать переживания и приблизим его к стабильному психоэмоциональному состоянию.
  • В кризисном консультировании мы работаем только с техниками с доказанной эффективностью, исключая применения альтернативных технологий.  
  • Важно не манипулировать ребёнком.  В речи не должно быть высказываний «Если…, то…», а общение должно строиться на равных позициях, когда психолог и клиент являются равноправными участниками процесса. Задача специалиста помочь отреагировать то состояние, в котором находится клиент, и которое мешает клиенту жить спокойно и хорошо.

Ольга Цунина подробно рассказала о каждой из возможных реакций ребёнка на стресс:

Истероидная реакция – это очень активная энергозатратная поведенческая реакция, которая всегда происходит в присутствии «зрителей».

«Чем больше народу, тем больше ребёнок будет давать вербальных и аффективных реакций,говорит Ольга Валерьевна, — истероидная реакция имеет свойство «заражения» окружающих. Более ярко эта реакция проявляется в группе сверстников, например, в детском саду, группе продлённого дня, школе, учебном классе и т.д. В таких случаях, задача взрослого — дистанцировать ребёнка от «зрителей» и зафиксировать внимание на себе».

Как зафиксировать внимание ребёнка? Можно использовать различные техники вроде «5-4-3-2-1». Эта техника направлена на переключение внимания с себя на внешнее окружение. Можно предложить инструкцию, типа: «найди вокруг себя 5 красных предметов, 4 железных, 3 круглых, 2 съедобных и 1 мягкий». Сенсорные признаки могут быть разными. Если специалист дополнительно введет ограничение по времени, то этот фактор только усилит работу.  

Психолог фонда рассказала о помощи детям и подросткам, переживающим кризисную ситуацию

Агрессивная реакция – также является энергозатраной поведенческой реакцией. Являясь свидетелем проявлений такой реакции у детей, необходимо:

  • Ограничить проявление вербальных реакций – вы молча осуществляете определённый алгоритм действий: разводите детей, ограничиваете передвижения, забираете игрушку и т.д.
  • Контролируете тон и громкость вашего голоса, они должны быть минимальными.
  • Не поддерживаем то состояние, в котором находится ребёнок.
  • Мы чётко должны показать ребёнку, что мы распознали его чувства: «Вот это ты рассердился». Мы обозначаем словом его состояние и ни в коем случае этого не боимся и не стесняемся. А дальше важно задать вопросы на прояснение, которые помогли бы ребёнку сформулировать и понять эту ситуацию: «Как ты считаешь, почему это произошло?», «Как ты считаешь, к чему это приведёт?», «Почему ты так себя ведёшь?». Задача специалиста – рационализировать то состояние, в котором находится ребёнок и переключить его с поведенческого аспекта на вербальный и на осознание своих эмоций.
  • Включать ребёнка в различные формы активности, начиная с двигательных и заканчивая продуктивными видами деятельности.

Апатия – реакция снижения общей эмоциональной, игровой, учебной, поведенческой и интеллектуальной активности ребёнка.

По словам Ольги Валерьевны, апатия может выступать в роли «таблетки», так называемой «психологической анестезии». Именно в этом состоянии дети могут сохранить себя и, хотя бы, не сделать хуже:

«Мы должны обеспечить те условия, в которых ребёнок мог бы отдохнуть. Это позволит осознать то, что произошло в комфортном для ребёнка темпе. Если мы не обеспечим состояние покоя, есть риск того, что ребёнок через какое-то время окажется в ещё более худшем состоянии. Здесь мы, как специалисты, можем иногда дать рекомендацию родителям не водить ребёнка в сад или школу, и если есть возможность у родителей, то побыть с ребёнком как можно больше времени, наладить режим, гулять, читать, то есть нормализовать и замедлить темп».

Психолог фонда рассказала о помощи детям и подросткам, переживающим кризисную ситуацию

Эмоция страха – может выполнять защитную функцию.

Существуют нормативные страхи – это то, с чем психологи работают в данный возрастной период ребёнка, помогая ему нормативно пережить этот страх.

Психолог фонда рассказала о помощи детям и подросткам, переживающим кризисную ситуацию

«Если мы занимаемся с гиперболизированным страхом, мы его снижаем и корректируем, мы переводим его на уровень рационализации, сознания, проживания и снижения эмоционального тонуса, но ни в коем случае не обесцениваем этот страх у ребёнка», — рассказывает Ольга Цунина.

Чем дольше ребёнок находится с тем или иным страхом, тем сложнее с ним в дальнейшем работать. Иногда бывает так, что ребенок самостоятельно справляется со своими страхами и они не влекут за собой никаких серьёзных последствий.

Психолог фонда рассказала о помощи детям и подросткам, переживающим кризисную ситуацию

«Наша задача – чтобы ребёнок не потерял ощущение безопасности рядом со взрослым. Что делать, если значимого взрослого нет? Тогда им может выступить любой значимый замещающий взрослый, который эмоционально близок к ребёнку и которому в данный момент больше всего доверяет ребёнок. Если ребёнок вообще один, то психолог должен понимать ответственность и осознавать роль своей личности для этого ребёнка. Готовы ли вы зафиксировать его на себе и канализировать все его переживания на себя? Даёте ли вы 100% гарантии, что вы будете находится в жизни ребёнка в определённый достаточно длительный период времени?» – задается вопросом Ольга Валерьевна.

Если ребёнок остался один, у него нет эмоционально значимого взрослого, а психолог начинает работать с его кризисным состоянием, фиксирует его на себе, а потом пропадает, то дальше могут быть непоправимые психические и невротические последствия вплоть до появления психических отклонений.

Как понять, что у маленького ребёнка есть страхи? Ольга Цунина добавляет, что маленький ребёнок может даже не проговаривать, что он чего-то боится:

«У него будет меняться поведение, у него будут психосоматические и психофизиологические изменения, в частности энурез и энкопрез, боли в животе, головные боли. Чем старше ребёнок, тем больше эти изменения переходят на более психологический уровень: смену настроения, отсутствие или переизбыток эмоций».  

Понимание причин возникновения страхов очень важно для психологов, отмечает Ольга Цунина. Среди причин возникновения страха выделяют: конкретный случай; внушенный страх; страхи на фоне детских фантазий (особенно у дошкольников); на фоне конфликтов со сверстниками; а также страхи невротического типа, которые чаще всего возникают на фоне неблагоприятных детско-родительских отношений.

В зависимости от причины страха психолог выбирает тот или иной алгоритм работы.

Ольга Валерьевна выделила факторы, которые способствуют возникновению страха:

– гиперопека;

– разговоры взрослых о болезных и несчастьях

– чрезмерная напряженность и непонимание в семье

– неуверенность родителей в своих действиях

– отсутствие общения со сверстниками

Важной частью вебинара стал разговор о работе со страхами. Психолог может перебивать страх другой эмоцией, рационализировать страх, предлагать мышечное расслабление, юмор, различные дыхательные упражнения, самоинструкции и приятный стимул, например, сладости.

Ольга Цунина поделилась техниками, основанными на работе воображения и использования рисования из своей личной практики:

Тревога – характеризуется невозможностью обозначить содержание и объект переживания. Она рождается из ситуации неопределённости и при длительном протекании может вызывать истощение.

Психолог фонда рассказала о помощи детям и подросткам, переживающим кризисную ситуацию

Ранее мы сообщали о том, что психолог БФ «Гольфстрим» Ольга Цунина провела семинар на тему «Помощь людям в кризисной ситуации».

Еще больше новостей БФ «Гольфстрим» читайте в наших социальных сетях Vkontaktetelegramодноклассники и Яндекс Дзен!

Я хочу помочь
Им нужна помощь