«Я сразу поняла, что ребенок не владеет своим телом», — говорит мама Саши Воронна. При одном только слове «реанимация», мама еле сдерживает слезы. «Никому не понятный диагноз ДЦП просто огорошил. Да я уже все выплакала. Все вопросы уже себе задала – что я сделала не так? Почему мой долгожданный мальчик так пострадал? И только одна мысль – пусть только выживет».
«Природой в ребенке заложено то, что можно развить, а что совсем нельзя. Есть такие диагнозы, когда ребенка не «вытащить». У Богдана, несмотря на серьезнейший диагноз, был потенциал, я видела, что с ним можно заниматься и добиваться успеха».
Вова смотрит на меня из своего мира плотной тишины большими глазами, такими глубокими, что возникает желание его обнять. Когда мальчик смеется, он становится еще милее и трогательнее.
«Наша дочь была в кювете, вся в зеленке, из носа у нее торчал катетер, — вспоминает Феликс. – Мы вернулись в кабинет заведующего отделением, он спросил меня только «Налить?» «Нет, — сказал я, — за рулем». Мне казалось, что в нашей семье не могло такого произойти, я не знал, что делать, меня всего трясло, я ничего не мог сказать, мне дали успокоительное».
Рука не двигалась, не хотела работать, не слушалась, теряла вес и не росла. Ждать было нельзя –необратимые процессы не позволили бы восстановить конечность уже никогда. Родители Ксении активно взялись за дело. Юлия возила ребенка по врачам и больницам, ежедневно выполняла с дочкой специальные упражнения, водила ее в бассейн, и каждый день делала специальную «укладку».
Она не может общаться не только с другими детьми, ее не всегда способны понять даже взрослые. Варваре уже 4 года, но девочка до сих пор не умеет говорить.
Егор родился вовремя, роды прошли хорошо. В первые минуты жизни мальчику вкололи плановую прививку от гепатита, и уже на третьем часу жизни ребенок начал умирать.
Малыш отекал и плохо дышал, а причину его тяжелого состояния врачи не могли выяснить еще долго. Первые месяцы жизни Егора стали самыми страшными для его мамы – Натальи.
«Я звонила из Таганрога каждый день, я умоляла спасти моего ребенка, принять меня раньше. Однажды заведующая не выдержала и сказала «Хватит мне звонить! Прекратите! Приедете осенью!» «Она умрет до осени», — ответила я ей. Потом зашла проверить нашу электронную очередь и увидела, что нас поставили на май».
«Наша основная задача с Вами сделать так, чтобы мальчик был не опасен для общества», — сказал маме Степана врач и выписал серьезный препарат.
Анна села в машину и завыла. Она не могла поверить, что ее беззащитный мальчик, который не умеет говорить и живет в своем мире, может стать угрозой для других людей.
Она не помнит, закричал ли ребенок сразу, но то, что ей задали вопрос «Будете ли забирать?», помнит очень хорошо. Как и свой ответ: «Конечно, буду! Не в магазине!»
Елисей не унывает! В свои 7 лет он – успешный завоеватель женских сердец. У мальчика уже есть первая любовь — Катя.
«Однажды я вела его по улице, держу его, он еле идет, а сам под нос бормочет «Эх, Катя, Катя, мужик-то скучает!» Я даже переспросила, подумала, что ослышалась. Нет, он именно это сказал», — делится, смеясь, Ольга.
4 года назад в семье Михайловых произошло радостное событие – родился еще один мальчик, которого назвали Ильей. Это имя обозначает «сила Божья», и родители верят — она помогла ему выжить. Ведь Илюша появился на свет на 34 неделе.
Софии Покала 8 лет. Она посещает первый класс и является одной из лучших учениц. Скромная девочка особенно сильна в математике и обладает креативным мышлением.
Правда, школа, в которой учится Соня, не обычная, а инклюзивная. И девочка в нее не ходит, а ездит.
